52 года спустя

Источник

В 1961 году миссис Альвин Ричман получила письмо из Гарвардского университета. В нем говорилось, что, хотя она является отличным кандидатом на вакансию в Департаменте городского и регионального планирования, у работодателя есть некоторые сомнения ввиду ее личных обстоятельств.

“Наш опыт, даже с блестящими студентками, показал, что замужним женщинам сложно сделать достойную карьеру в планировании, и потому они чувствуют, что время и усилия, ушедшие на получение ими профессионального образования, были затрачены впустую. (Это, конечно, касается практически всех направлений высшего образования).

Таким образом, ради вашего же собственного блага, и чтобы помочь нам прийти к окончательному решению, не могли бы  вы написать нам одну-две страницы, как только вам станет удобно, четко ответив, как вы планируете совмещать профессиональную жизнь в городском планировании с вашими обязанностями перед вашим супругом и возможной будущей семьей?”

(Полюбуйтесь на это письмо в PDF - harvardletter.pdf).

o-phyllis-richman-facebook.jpgБудучи занятой женщиной, миссис Ричман так и не нашла в 1961 году времени, чтобы сесть и написать пару страниц ассистенту профессора Уильяму Дёбеле, оправдывая свое решение носить брюки, выходить на улицу в шляпе и изучать городское планирование, состоя в браке. Но 52 года спустя, известная писательница (лауреат премии Агаты Кристи) и ресторанный критик Филлис Ричман, наконец, нашла время, чтобы сочинить эссе для Дёбеле. Вот его перевод.

“Ваше письмо в 1961 году выбило меня из колеи, но не сбило с пути. Хотя женщины моего времени часто добивались значительных карьерных успехов, многим из них приходилось преодолевать при этом барьеры. До вашего письма мне не приходило в голову, что мое замужество может препятствовать моему восприятию в Гарварде или моей карьере. Я была так обескуражена им, что, боюсь, я так и не смогла подать заявление, и я была слишком подавлена, чтобы поспорить с вами, когда мы встретились лично.

В то время я не знала, как начать писать эссе, которое вы потребовали. Но теперь, после двух браков, трех детей и с успешной писательской карьерой я могу, как вы выразились “четко ответить” на сомнения, отмеченные вами в письме.

Я не встречала ни одной женщины, которая  ”чувствовала бы, что время и усилия, ушедшие на получение ею профессионального образования, были затрачены впустую“. Я никогда не жалела ни об одном курсе. В целом, я потратила на высшую школу около дюжины лет, пусть и с перерывами, поскольку мои “обязанности перед супругом“, как вы с пониманием отметили, включали финансовую поддержку мужа, пока он сам заканчивал аспирантуру - 10-летний проект.

Это может усилить вашу веру в то, что брак и семья задержали мой профессиональный рост, но я думаю, если бы меня допустили в Гарвард, моя карьера сравнялась бы с карьерой мужа. Хотя я в итоге добилась разнообразной и хорошо оплачиваемой профессиональной жизни, ваше письмо показывает, насколько Гарвард, не говоря уж о моем муже, наших семьях и даже, насколько я сама не оказывала моей карьере то уважение, которого она заслуживала, когда я только начинала свой путь.

Как вы и предсказывали, “возможная будущая семья” стала реальностью спустя пять лет после того, как я вышла замуж за Альвина. Когда родился мой первый ребенок, я сделала перерыв в работе и растила его - как делала и ваша первая жена, когда мы впервые поговорили с вами в 1961 году. Возможно, вы не помните, но она была примером, который вы использовали, чтобы объяснить, почему образование жен тратится впустую. Проблема, я подозреваю, была в ограниченности ваших временных рамок. Google подсказывает мне, что ваша жена  получила два диплома магистра и степень доктора и имеет впечатляющее резюме, включающее исследования, планирование конференций и социальную активность. Вы все еще думаете, что ее образование было пустой тратой времени?

В 1970 году мы переехали в Вашингтон, так что я продолжила работать над  своим магистерским дипломом на расстоянии, отложив его, когда моя диссертация в последний момент натолкнулась на непреодолимое препятствие. Во время воспитания детей, я специализировалась в мультизадачности. Когда у меня был один ребенок, я могла привязать его за спину и брать его с собой по делам. С двумя я все еще могла справиться, пока я изучала влияние врачей на грудное вскармливание или делала свое домашнее задание на детской площадке. С тремя и с исследованием детского восприятия расы, меня задавили числом. Мне нужна была няня, но наем няни казался роскошью, поскольку я почти не зарабатывала денег. Так что я обставила чердак в нашем доме, соорудила кухню в подвале и предложила бесплатное жилье студентам колледжа в обмен на присмотр за детьми.

Работа писателя-фрилансера, как я выяснила, отлично подходит для взращивания детей. Я могла писать где угодно - в парке, пока дети ловили лягушек и ящериц, дома поздно ночью, пока они спали. Если я сосредотачивалась на таких темах, как сравнительные обзоры мороженого или домашнее тестирование микроволновых печей, я могла развлекать и кормить детей, одновременно собирая материал.

К счастью, при работе писателем, мой гендер значил меньше, чем на любой другой работе. Фрилансеров преимущественно оценивают по тому, что видят на страницах, чем по чему-либо еще. Но даже когда моя карьера начала набирать обороты, мои столкновения с сексизмом не прекратились. Двое из моих детей поступили в подростковом возрасте в частную школу . Вскоре я получила задание провести две недели, изучая рестораны в Китае. В 1980 году это была редкая возможность. Мой муж решил поехать со мной. Школа вызвала нас, и на меня насели за то, что я оставляю наших детей, хотя я нашла трех студентов колледжа для работы беби-ситтерами. Кроме того, их готовы были подменить мои родители и братья с сестрами. Школа настаивала на том, чтобы я отменила поездку. Никто не сказал ни слова о том, что мой муж тоже собирается поехать.

Мы оба отправились в Китай. Наши дети справились и в итоге добились всего, на что я могла надеяться - как профессионалы, граждане, родители. Они радовались моим успехам и, наверное, скучают по ним больше чем я, после того, как я ушла на пенсию. Мое время занимают хроническое заболевание, новая роль писательницы и гражданского активиста, новый (и просвещенный) муж и новое поколение внуков.

Студентки совершенствуют свои способности к социальным действиям в вашем университете. Две студентки Высшей школы дизайна Гарварда дизайна собрали  более 10 000 подписей для петиции в поддержку архитектора Денизы Скотт Браун, которая уже была знаменитым педагогом, когда я посещала ее лекции. Она позже вышла замуж за архитектора Роберта Вентури,  и вместе они имели влиятельную архитектурную практику.

В 1991 году Вентури выиграл высшую награду для архитекторов, Притцкеровскую премию. Скотт Браун ее не получила, ни тогда, ни позже.  Тем не менее, согласно Ариэль Ассулин-Лихтен, одной из студенток, которая начала эту петицию вместе с Кэролин Джеймс: “Почти все студенты архитекторы изучили ее работы в университете. Мы привыкли к ней как к женщине-профессионалу, которая всегда была рядом, и которая никогда на самом деле не получила заслуженного признания”.

Доктор Дёбеле, вы уже подписали эту петицию?

Искренне ваша,

г-жа Филлис Ричман”.

PS Помимо прочего, Филлис Ричман успешно завершила свою диссертацию и работала в Комиссии по городскому планированию Филадельфии.

Трекбек

Ссылка для трекбека:
http://freakimi.ru/wp-trackback.php?p=953

Post a comment